Цитата из Библии

Загрузка...

Голосование

Закон о нечистой пище:

Баннеры

Догмат о «святой троице» — результат насилия над Словом Божиим

Догмат о «святой троице» — результат насилия над Словом Божиим и уклонения в философию неоплатонизма.

С одной стороны, для христиан, разделяющих догмат о «святой троице», высшим и конечным аргументом, оправдывающим истинность этого догмата, является Библия, но это только на словах. Священное Писание – Слово Бога Живого ясно и четко нигде не говорит о сущности «святой троицы». Более того, Библия не дает основания для веры в «святую троицу», такого просто не написано.

Христианство исторически начало формироваться в рамках иудаизма, в котором почитается только Один Бог – ЯХВЕ. В первых сочинениях христиан, вошедших и не вошедших в канон Нового Завета, ни о «Боге Сыне», ни тем более о «святой троице» и не упоминается. Христиане до середины II-го столетия ещё не слышали и не имели никакого понятия о «святой троице». И если бы им в то время какой-то современный христианский проповедник начал говорить о «святой троице», они – первые, новозаветные, апостольские христиане – посчитали бы его неимоверным еретиком.

Предпосылки грядущего догмата о «святой троице» впервые начали проявляться только со 2-й половины II-го столетия. После того как христианство разорвало свою духовную связь со строгим библейским монотеистическим вероучением, в его среду начали вливаться языческие – не библейские и не иудейские – верования в богов спасителей: Адонис, Митра, Озирис и другие. А вместе с языческими богами спасителями пришли верования в существование трёх ведущих богов небесного пантеона:

 

- Тримурти, троица, в ведизме (индуизме): Брахма, Вишну и Шива;
- вавилонская троица: Ану, Энлиль и Эа;
- древнеегипетская троица: Озирис (Бог Отец), Исида (Богиня Мать) и Гор (Бог Сын).

 

Значительное влияние на формирование христианского учения о «святой троице» оказало философско-богословское учение гностицизма, который господствовал в общественном мнении в начале нашей эры. В гностицизме причудливым образом сочеталась философия пифагорейства и платонизма с ветхозаветными и первоначальными христианскими верованиями. Одним из виднейших деятелей в русле гностицизма был Филон Александрийский (25 г. до н.э. – 50 г. н.э.).

Он попытался сочетать философию Платона с библейскими верованиями, точнее с самим текстом иудейской Библии. Общаясь с творчеством Филона, христианство одновременно почитало, по иудейскому обычаю, святость Библии, с одной стороны, а с другой — приобщалось к языческой культуре и философии. Не случайно ряд исследователей (Бруно Бауэр, Давид Штраус) считают Филона Александрийского «отцом христианского вероучения».

Гностицизм I-II столетия н.э. вместе с христианством оторвался от иудаизма и начал «развиваться» уже на своей собственной основе. На этом этапе большое влияние оказали гностики Валентин и Василид, которые ввели в свое учение представления об эманации божества, об иерархии истекающих из природы Бога сущностей.

Латиноязычный христианский апологет III-го столетия Тертуллиан свидетельствует, что впервые еретическое учение о троичности божества придумали именно гностики. «Философия, — пишет он, — породила все ереси. От нее пошли «эоны» и другие странные вымыслы. Из нее гностик Валентин произвел свою человекообразную троицу, ибо он был платоником. Из нее же, из философии, произошел добрый и беспечный маркионов Бог, поскольку сам Маркион был стоиком» (Тертуллиан. «О писаниях еретиков», 7-8).

Высмеивая человекообразную троицу гностиков, развивающий свою религиозно-философскую систему Тертуллиан сам со временем создал свое учение о троице. Образовавшаяся «святая троица» Тертуллиана находится в определенном иерархическом соподчинении. Корень их находится в изначальном Боге, в Боге Отце: «Бог – корень, Сын – растение, Дух – плод», – писал он («Против Праксея», 4-6). Хотя Тертуллиан был впоследствии осужден как еретик-монтанист, его учение о троице стало отправным пунктом формирования церковного учения о Боге. Так, виднейший в XX-м столетии знаток христианской патристики протоиерей Иоанн Майендорф пишет: «Огромная заслуга Тертуллиана состоит в том, что он впервые употребил выражение, которое впоследствии прочно вошло в православное троичное богословие» (См. его «Введение в святоотеческое богословие». Нью-Йорк, 1985, стр. 57-58).

В IV-м столетии, став господствующей государственной религией, христианство в «святую троицу» ещё не верило, догмата о «святой троице» не имело и не признавало. На I-м Вселенском соборе 325 года христианство выработало и утвердило краткое изложение своего вероучения и назвало его Символом веры. В нем было записано, что христиане веруют «Во единого Бога — Отца Вседержителя, Творца неба и земли, всего видимого и невидимого».

Немаловажно заметить, что христиане, которые поклоняются троице, весьма почитают Символы веры. Те христианские церкви, деноминации и т.п., которые не признают Никео–Цареградский Символы веры (поскольку был принят на двух первых соборах в городах Никея и Царьгород, т.е. Константинополь) не признаются христианскими.

Став государственной религией, выйдя из подполья, христианская церковь начала вписываться в культуру греко-римского мира. В IV–V-м столетии философия неоплатонизма достигла вершины своего расцвета, и в творчестве его великих представителей, как Ямвлих, Прокл, Плотин, Порфирий, отражала весь мир, от Единого Абсолютного Бога до материи и преисподней, в виде цепи взаимосвязанных и порождающий друг друга Триад, т.н. Троица Единосущная и нераздельная:

1. Бытие (в христианской троице – Бог Отец);
2. Жизнь (в христианской троице – Дух Святой, как жизни податель);
3. Логос, мышление (в христианской троице – Сын Божий).

Следует отметить немаловажный и ключевой аспект, что все ведущие созидатели христианского учения о «святой троице» (Василий Великий, Григорий Богослов, Григорий Нисский и др.) обучались философии в действующей до 529 года (!) афинской школе неоплатоников. В этой школе и на основе этой неоплатонической эллинской мудрости они сочиняли христианское учение о «святой троице».

В результате, на II-м Вселенском соборе (Константинополь, 381 год) под председательством Григория Богослова и Григория Нисского к Никейскому Символу веры было дописано несколько предложений о Духе Святом: верую и «в Духа Святого, Господа Животворящего, от Бога Отца исходящего…». Таким образом, к вере в Господа Иисуса Христа было прибавлено верование и в Духа Святого.

В Никео–Цареградском Символе веры «Бог Сын» и «Бог Дух Святой» не провозглашаются Богами, а только почти равными Богу Отцу Господами. Но (!) Никео–Цареградский символ веры не утвердил догмат о «святой троице» в его современном понимании. Тогда, в IV-м веке официальная церковь, называвшая себя единой, святой, вселенской и апостольской церковью, провозгласила веру в Единого Бога Отца и веру в Господа Сына Божьего Иисуса Христа и Господа Духа Святого.

Так же, необходимо подчеркнуть, что ни на одном (!) из церковных соборов догмат о «святой троице» в его современном церковном понимании и богословском истолковании не утверждался, поскольку он явно – и по форме и по содержанию – находится в прямом противоречии с каноническими решениями I-го и II-о Вселенских Соборов. Решения I-го и II-о Вселенских Соборов не знают равных Богу Отцу «Бога Сына» и не знают равного Богу Отцу и «Бога Духа Святого», который «от Бога Отца исходит».

Догмат о «святой троице» создавался вне текста Библии и вне канонов Вселенских Соборов.

Впервые догмат о «святой троице» был анонимно сформулирован в христианстве только в VI-м столетии и впервые был изложен в документе, который вошел в церковную историю под названием «QUICUMQUE» (Куикумкве). Название документа взято из первого слова его первого предложения: «QUICUMQUE vult salvus esse, ante omnia opus est, ut teneat catholicam fidem» (Кто желает спасенным быть, тот прежде всего должен держаться католической веры).

Далее говорится о том, что надо верить в то, что Бог один по существу и троичен в лицах; что есть Бог Отец, Бог Сын и Бог Дух Святой, но не три Бога, а Один Бог; что христианин обязан в равной мере почитать и молится отдельно Богу Отцу, «Богу Сыну» и «Богу Духу Святому», но не как трем Богам, а Богу одному.

Этот Символ веры впервые (!) был опубликован в приложении к сочинениям умершего в 542 году известного богослова и проповедника Цезаря Арльского (Caesarius ex Arles). Большинство исследователей приурочивают появление документа к 500-510 годам. Для придания авторитетности документу его создание католические богословы приписали святому Афанасию Александрийскому (святому Афанасию Великому, 293-373 г. г.) и присвоили ему имя «Символ Афанасия Великого».        Конечно, к умершему за полтора столетия до написания «Куикумкве» святому Афанасию, данный Символ никак не относится.

Так, в учебнике для современных русских православных духовных семинарий протоиерея Иоанна Мейендорфа «Введение в святоотеческое богословие» трактат «Куикумкве» вовсе не вспоминается и среди работ святого Афанасия Великого не указывается. Немаловажно добавить, что святой Афанасий писал свои сочинения только (!) на греческом языке, а «Куикумкве» дошло до нас на языке латинском. В греко-говорящей православной церкви это символа не знали до XI-го столетия, до разделения в 1054 году христианской церкви на католичество и православие. Со временем и в восточно-православном христианстве содержание «Куикумкве» было переведено на греческий язык и принято за образец изложения общехристианского вероучения о «святой троице».

Сейчас подавляющее большинство христианских церквей принимают догмат о «святой троице» в изложении «Символа Афанасия Великого». Но трагедия этого христианского церковного учения заключается в том, что догмат о «святой троице» всесторонне обоснован с точки зрения неоплатонизма, но ни единым словом не подтверждается текстом Священного Писания.

Чтобы ликвидировать этот недостаток в Библию была вписана фраза: «Ибо три свидетельствуют на небе: Отец, Слово и Святый Дух; и сии три суть едино». Эта фраза сначала была вставлена в послания апостола Павла, потом в послание апостола Петра, и, наконец, ей было найдено более подходящее место в 1-м послании апостола Иоанна, где она находится и сейчас. Там сейчас написано: «Сей есть Иисус Христос, пришедший водою и кровью (и духом); не водою только, но водою и кровью. И дух свидетельствует (о Нем), потому что Дух есть истина. (Ибо три свидетельствую на небе: Отец, Слово и Святый Дух; и сии три суть едино.) Ибо три свидетельствую на небе: дух, вода и кровь; и сии три об одном» (1Ин.5:6-8). Подчеркнутые и взятые в скобки слова отсутствуют во всех древних – до VII-го века – новозаветных текстах.

После изобретения книгопечатания первое научное издание книг Нового Завета на двух языках – греческом и латинском – осуществил Еразм Ротердамский (1469-1536). В двух первых издания текста Еразм не печатал слова об Отце, Слове и Святом Духе, поскольку этих слов он не находил в имеющихся у него многочисленных IV-VI веков списках Нового Завета. И только в третьем издании, под давлением католической церкви, он вынужден был вставить так нужные догмату о «святой троице» слова. Это третье издание Библии Еразмом Ротердамским было ещё раз тщательно отредактировано католической церковью и утверждено как каноническое под названием Textus Reptus (Принятый текст), которое стал основой для перевода Нового Завета на все языки мира. Вот так обстоят дела с происхождением и утверждением в христианской церкви догмата о «святой троице».

Конечно, современное христианство, принявшее догмат о «святой троице», вынуждено обосновывать его не ссылкой на неоплатоников, а на Священное Писание. Но Священное Писание, не в пример творчеству неоплатоников, не дает никакого основания для признания этого догмата. Вот почему между христианскими церквами, где поклоняются троице, до сих пор существуют значительные разногласия в истолковании и понимании этого догмата. Так, детализируя взаимоотношения лиц «святой троицы», православная церковь считает, что Дух Святой «исходит от Бога Отца», а католическая, — что Дух Святой «исходит от Бога Отца и от Бога Сына».

Что же касается «Бога Духа Святого», то о нём богословы предпочитают меньше всего говорить. В Библии нет ясных указаний на то, что Дух Святой – личность.

Большинство протестантских тринитарных проповедников говорят, что образ Духа Святого нам ещё не открыт, а другие, что Дух Святой — это сверхъестественная сила, которая исходит от Бога.

Ряд христианских церквей сейчас не признают догмата о «святой троице», в свою очередь, доминирующие тринитарные христианские церкви и деноминации не считают их христианами.