Цитата из Библии

Загрузка...

Голосование

Закон о нечистой пище:

Баннеры

Происхождение доктрины троицы

«Объявите и придите, посоветовавшись вместе: кто возвестил это издавна, рассказал это? Не Я ли, Яхве?
И нет иного Бога, кроме Меня, Бога праведного и спасающего нет кроме Меня» (Ис. 45:21)

Доктрина троицы предполагает, что есть Господь (Яхве), Который – Бог; есть также Сын, Иисус, Который Бог; и есть еще другой, Который также Бог, Святой Дух, Которого сторонники этой доктрины называют «третьим лицом» их божественной троицы. Все три эти божественные личности, говорят они, составляют единого Бога, так что есть только один Бог, но всё же имеются три отдельные божественные личности, отличные друг от друга.

Новый Международный Словарь Вебстера определяет троицу таким образом: «1. Условие бытия трех; троичность. 2. Богословское: союз трех личностей или ипостасей (Отец, Сын, Святой Дух) в одном Божестве, так что все три являются одним Богом по сущности, но тремя личностями или ипостасями как индивидуумы».

 

Р. В. Селлерс, английский христианский лидер и набожный тринитарист, был весьма откровенен о доктрине троицы, заявив, что много искренних христиан «находят в традиционном церковном представлении о доктрине Святой троицы источник реальной трудности и недоумения». Адольф Гарнак, историк церкви, был вынужден писать, что «догматическое» учение на почве троицы это «теория правовых фикций, в действительности не более основательная, чем бессовестная персона акционерного капитала компании, созданная адвокатами для юридических целей». Другими словами, троица существует только на бумаге, а не в действительности.

Каково происхождение троицы? Конечно, она не преподавалась в Ветхом Завете, хотя богословы-тринитарии извращают Писание, чтобы найти её там. Ни один еврейский автор Нового Завета никогда не поддерживал такую теорию. Никто из известных последователей апостолов (Климент, Игнатий, Ерма, или Поликарп), не учил такой доктрине, несмотря на попытки ученых-тринитариев протягивать скудные триадические упоминания к развернутой тринитарной модели.

Есть некоторое свидетельство, что идея троицы проистекала из древней вавилонской религии. Также, троицы имеются в большом количестве в древних языческих религиях. Нумений Апамейский (ум. после 175 г.), языческий сирийский философ, который имел большое влияние на александрийских кафоликов, хвастался, что он возвратился к «первоисточнику Платона, Сократа и Пифагора, к древней традиции браминов, магов, египтян, и иудеев, и восстановил в школах забытую доктрину трех богов». Нумений, вероятно, действовал до 175 г., который будет почти что временем, когда создатели троицы развивали свою модель Божества. Чарльз Бигг называл Нумения соучредителем (наряду с кафолическим отцом Климентом Александрийским) «нео-платонизма». Кроме того, Нумений не был только начитанным философом, но и, по сообщениям, он знал Евангелия и Послания.

Апамея, в Сирии, где Нумений преподавал, была центром нео-платонизма. Бигг отметил, что философ Амелий преподавал там же и цитировал из Евангелия апостола Иоанна в поддержку философской доктрины Логоса. Мы не должны сомневаться, что ранние создатели доктрины троицы были знакомы с философией Логоса и были подвергнуты её влиянию. Идея Логоса как божественной личности, отдельной от Бога Отца, не была взята из Писаний, а скорее из философии и древних языческих религий. Согласно Чарльзу Биггу, «Нумений сначала персонифицировал Перво-идею (Логос) Платона и говорил о ней как о Боге».

Нумений написал в своей доктрине трех Богов, что первая божественная личность была «Умом» (Nous), простым и неизменным, благим и мудрым. Являясь неизменным, «Ум» не мог творить, и, таким образом, второй Бог, называемый «Творцом» (Demiurgos), произошел из Себя Самого. Этот Сын («Творец») уже не был простым подобно «Уму» (Отец), но двойственным. Часть Сына («Творца») была заключена в вещество, которое Он сотворил, и стала третьим Богом, «Мировой Душой». Вот тип философии II-го века, который влиял на создателей доктрины троицы. Очевидно, Нумений не был изобретателем такого рода мышления. Зеллер заключил, что Нумений получил свою доктрину «Сына-Творца» от гностиков, которые действовали во II-ом веке.

Столетием ранее иудейский священник превратился в философа, Филона Иудея (ок. 20 до н. э.  – 50 н. э.), уже в общих чертах наметившего большую часть теории Логоса в своих попытках согласовать греческую философию с Септуагинтой (греческим переводом Ветхого Завета). Генри Малтер отметил, что Филон предвосхитил александрийских кафоликов более чем на столетие в развитии «сложной и часто фантастической системы библейских аллегорий, посредством чего текст мог быть переделан так, чтобы означать всё, что угодно». И, действительно, скандальное использование аллегорий создателями троицы поражает. Мнение Малтера и многих других ученых – что «влияние Филона... было важным фактором в создании христианской догмы отцами Церкви». Нет сомнения, что привитие доктрины троицы к христианскому богословию не могло быть достигнуто без философии таких людей, как Филон и Нумений.

Филон имел готовую форму доктрины Логоса для тринитариев, которые должны были возникнуть позже. Он учил: «Все существа между совершенством Бога и несовершенной ограниченной материей имеют свою идею и проистекают из божественного Логоса». Удивительно, что иудейский философ положил основу для доктрины троицы как раз в то время, когда апостол Павел проповедовал Евангелие греческому и римскому миру! Историк Филипп Каррингтон написал, что апологеты «уже имели богословие Филона, чтобы руководствоваться им». Нельзя недооценивать силу использования филоновских аллегорий для объяснения Писаний в философской манере. В действительности это было гностическим подходом присвоения Писанию скрытых или «высших» значений: использовать аллегорические средства, «чтобы говорить образно» и чтобы употреблять «символические вымышленные образы» и «обобщения». Это отход от древнего библейского «буквализма» и направление кафоликов-язычников к морю заблуждения, которое точно также ограничило современных протестантских буквалистов сегодня.

Климент Александрийский (ок. 153-220 гг.) принял аллегорический метод Филона. Джордж Гильберт говорил, что для него «Библия была книгой загадок, и аллегория была единственным ключом к ней.... Метод толкования Климента дожил во всей силе до Реформации». Много аллегории сегодня всё еще используется в библейских толкованиях среди православных, католиков и протестантов. «Буквализм» многих протестантов-фундаменталистов по-видимому никогда не позволял им видеть невероятность учения троицы, которое погрязло в аллегории.

Многие из апологетов II-го века (как Квадрат, Иустин, Афинагор) были связаны с Афинами, великим центром греческой философии и мирской мудрости. Но Александрия конкурировала с Афинами как центр философии и науки. Александрия, расположенная в Египте, была морским портом, долго удерживала значение второго самого большого города в Римской империи. В одно время церковь в Александрии, должно быть, была апостольской. Традиция говорит, что Иоанн Марк, евангелист и племянник Варнавы, основал церковь в Александрии ок. 55-61 гг. Первый епископ был обращен Марком, сапожник по имени Аниан. Ко времени смерти Марка, о которой сообщают, ок. 68 г., верующие основали «значительную церковь в пригородном районе Бавкалиса, где рогатый скот пасется у побережья». Чарльз Бигг говорит, что во II-ом веке церковь возрастала и фактически состояла из двенадцати собраний. (Другими словами, это была небольшая епархия.) Кроме того, некоторые члены этих собраний имели «высокое социальное положение и образование». Тогда же, в некоторых из собраний, Бигг отметил снижение «благочестия и морали» среди членов. Служители, казалось, в действительности поощряли это, потому что они участвовали в этом процессе. Но Бигг скрасил картину церкви во II-ом веке, которая была непривлекательна: «[Это было] большое и богатое сообщество, существующее в недрах большого университетского города.... Их самые многообещающие молодые люди посещали лекции языческих преподавателей. Некоторые, подобно Аммонию (Саккасу), впали в эллинизм, некоторые были втянуты в гностицизм, подобно Амвросию, некоторые, подобно Гераклу, благополучно прошли через испытание, и поскольку христианские священники по-прежнему носили палий или плащ философа, мы можем объявить его платьем доктора языческой академии».

Поскольку церковь стала теплохладной, они послали своих молодых людей учиться у языческих преподавателей. Какой ужасный урожай они пожали! Как страшно посылать молодые христианские умы в языческие лагеря образования и затем потерять их! Конечно, это было не намеренно, но конечным результатом было то, что область Александрии утратила свою апостольскую доктрину. Во II-ом веке Александрия устраивает свою печально известную катехизическую школу, которая станет тринитарным училищем, зараженным греческой философией и язычеством. Подобные школы существовали к тому времени в Афинах, Антиохии, Эдессе (современная Урфа, Турция), и Низибии.
   
Мы видели, что когда Иустин основал школу в Риме, то учил новой доктрине Логоса. Бигг говорит, что школа в Александрии на первом году преподавала геометрию, физику и астрономию. Потом преподаватели учили философии и «взирали на великих руководителей эллинистических школ с большим восхищением, и вселяли тот же самый дух в их учеников». Первыми председателями александрийской школы были Афинагор из Афин, Пантен, обратившийся стоический философ, а затем Тит Флавий Клеменс (Климент Александрийский), который сделал первую попытку выстраивать богословскую систему.

Климент был очень подвержен влиянию Филона. Согласно Гарнаку, он часто цитировал из Филона и даже «сделал плагиат» с него. Он приравнивал Климента к гностическому лидеру Валентину. И действительно, Климент очень много говорил оgnosis 'е в своих письмах. Слово gnosis может быть переведено как «наука» или «знание». Гарнак пошел на то, чтобы показать, что Ориген, ученик Климента, имел систему, которая была враждебна «церковным противникам науки», то есть иудеям и монархианам-модалистам. Согласно Гарнаку, система Оригена имела «несомненные следы нео-платонизма и гностицизма». Сам Климент решительно утверждал достоинства философии и её постоянную потребность для церкви. Бигг отметил, что александрийцы были согласны, что Писание вдохновлено, но они имели великий платонический принцип, что «нельзя верить ничему, что не достойно Бога» и считали, что «их собственный разум будет судьей того, что открыли Писания».
 
Эти «библейские ученые» ушли далеко от своих собственных собраний! Согласно Биггу, эта система породила две категории христиан, и эти ученые были вынуждены развить «доктрину ограничения», а именно: вера «просвещенного» философа-христианина разумеет «тайны», которые не могут быть открыты простому христианскому брату. Мы всё еще ясно видим это разделение между чинами христиан-тринитариев сегодня, где лишь «ученые» обязаны правильно изъяснять троицу, в то время как простые тринитарии не имеют такого полного «откровения».

Ориген (185-254 гг.), современник Савелия, был, как говорили некоторые, самым великим тринитарным учителем древнего мира. Он был могущественным врагом проповеди Единства. Джордж Фишер написал о нем: «Решающий удар против монархианства-модализма был нанесен александрийской школой посредством её великого представителя Оригена». Ориген может нести некоторую ответственность за современную текстуальную ревизию, которой начали искажать Слово Божье в XIX-ом веке. Гарольд Белл говорит, что Ватиканский кодекс (IV-го века), на котором Весткотт и Хорт базировали своё «великое» издание, «видимо, был александрийской рецензией». В своем Комментарии на Тита, Ориген заметил, что модализм имел сильную привлекательность из-за «простоты»: «Они, видимо, не желают утверждать двух богов; они не желают отрицать Божество Спасителя; далее они заканчивают, допуская только … одну единственную Личность».

Мы упомянули известное путешествие Оригена в Рим ок. 211 г., где он проповедовал Ипполиту. Следствием его союза с Ипполитом, таким же тринитарием, против модалистских римских епископов Зефирина и Каллиста, очевидно, стали проблемы с последующим римским тринитарным епископом Понтианом (230-35 гг.), который был тринитарным конкурентом Ипполита, потому что Римский собор осудил Оригена в 231 г. После смерти Ипполита и Понтиана, Ориген попытался улучшить отношения с новым римским епископом Фабианом (236-50 гг.). В своем Комментарии на Иоанна Ориген заявил: «Мы полагаем, что Отец, Сын, и Святой Дух – три сущности, или субстанции». Жан Даниелю считает, что Ориген был создателем доктрины «вечного рождения Сына» и что это, возможно, было его «главным вкладом» в тринитарное богословие. Он говорит, что Ориген был «первым автором, в работах которого модализм полностью исключен». Учения о вечном рождении Сына не открыто в Писаниях, но намек на это учение можно видеть уже во II-ом веке у Иринея. Даниелю установил, что Ориген учил против модализма следующим образом: «Первым основным утверждением [Оригена] против модализма [было] именно то, что Слово [Логос] имеет Свою собственную реальную субстанцию... Сын имеет Свою собственную ousia, hypostasis и hypokeimenon [реальную субстанцию]. Это находится в прямом противоречии модализму».

Таким способом Ориген попытался определить Христа как отдельную божественную личность от Бога Отца. Модализм не считал, что Христос был отдельной божественной личностью, а скорее, что Христос – это Сам Бог Всемогущий. Руф М. Джоунс говорит, что Ориген был таким же учеником, вместе с философом Плотином, языческого учителя Аммония Саккаса, и что Ориген «сделал полное исследование Платона и Нумения, и пребывал во всех его мыслях, оказывая глубокое влияние на современное нео-платоническое движение». Как еще отметил Джоунс, Ориген считал, что Христос есть просто theos,в то время как Бог Отец – ho theos («Бог»). Это было из его толкования Ин.1:1. Тот же самый аргумент появляется сегодня в толковании некоторых групп, которые учат, что Христос есть просто «бог» (меньшее божество). Эта идея была заимствована от Филона. Это служит признаком идеи субординации, основанной на древней доктрине троицы.

В своей известной апологии Против Цельса, Ориген назвал Логоса (то есть Христа) «вторым Богом» среди трех положений. Он также сделал очевидную ссылку на монархиан-модалистов как на тех, «кто отвергает существование двух личностей [hypostases ], Отца и Сына». Очевидно, что доктрина Святого Духа как совершенной, равной третьей личности еще не была развита, хотя троичность Бога была провозглашена Тертуллианом. Влияние Оригена на развитие доктрины троицы не может быть отвергнуто. Бигг говорит об Оригене и его учителе Клименте Александрийском: «[Ориген] и его предшественник [Климент Александрийский] больше чем кто-либо другие спасли церковь... от ноэтианства». Мы не можем сказать, однако, что Ориген и Климент «спасли церковь» от чего-либо, если только не сказать, что они «спасли» много христиан той эпохи от рассмотрения истины Единства Бога. Всё же мы знаем из утверждений Оригена и других, что они были охвачены доктринальной борьбой со многими поборниками Единства. Адольф Гарнак отметил, что к началу IV-го века «богословие апологетов одержало победу, и все мыслители стали под влияние Оригена».

Тринитаризм начал расти в Римской империи, и его апологеты выражали свою доктрину на пути, который взывал к языческому мнению. Гарнак заметил по поводу серьезного последствия отклонения модализма и объятия христианизированной философией: «Отклонение модализма и признания Христа как Логоса вызвало на Западе потребность восстания от веры к философствованию и, по факту, исключительно нео-платоническо-догматическому». Доктрина бесстрастности («неспособности страдать») Бога Отца имела огромное воздействие на развитие тринитарного учения. Греческий философ Аристотель (384-22 гг. до н. э.) учил: «Божество находится в одиноком самосозерцании вне мира.... Его разум [nous] – единственная вещь, через которую Он находится в непосредственной связи с ним». И Платон (428-328 гг. до н. э.) учил, что боги, по определению, «возвышены над похотью и болью, и не затронуты всяким злом». И затем мы приходим к Филону, который учил, что Бог, будучи Отцом, в этом состоянии бесстрастности выше мира, и что, кроме того, имелся безличный аспект Бога, известный как Логос, архангел, Демиург или Творец. Здесь мы видим некоторые из компонентов доктрины троицы.

Христианские тринитарные философы имели понятие об Отце, как о бесстрастном (неспособным к страданию или чувству боли), и затем они ввели вторую божественную личность, Логос, который стал страстным (способным к страданию и чувству боли). Был Единый, Который не мог пострадать, и Он послал иную божественную личность, которая могла пострадать. Но этой доктрине никогда не учили апостолы. И даже позднее, после смерти апостолов, мы читаем у Игнатия, как мы упоминали, об одном Боге, Который был «бесстрастен, но ради нас подвергнут страданию». Бесстрастность включена в основание доктрины субординатизма, которая сначала была присоединена к тринитаризму. Интересно обратить внимание, что эта доктрина всё еще косвенно защищается тринитариями сегодня. Брумбек, в своей книге Бог в трех личностях, говорит о Сыне, Которого он думал сделать ветхозаветными теофаниями: «Он был членом Божества, Который был избран, чтобы явиться; несомненно, в предвосхищении Его воплощения». Христос, на их взгляд, это отдельная божественная личность, избранная, чтобы пострадать. Почему? Потому что Он – Сын!

Некоторые тринитарии, вроде Адама Кларка (ум. 1832 г.), признали небиблейский характер доктрины «вечного Сына» и отвергли её. Современный тринитарий Роберт М. Бауман Младший, признает роль древних кафолических отцов в развитии доктрины троицы, но он избирательно обращается к их «православности», чтобы удовлетворить своим собственным целям. Например, он заявил: «Ориген был действительно заклеймен как еретик из-за некоторых из его взглядов (однако не из-за его взглядов на троицу)». Так, следовательно, он обращается к «еретику» для оправдания.

E. Кальвин Бейснер, в его работе Бог в трех личностях, поддержал кафолических отцов Тертуллиана и Ипполита, называя их «великими защитниками тринитарной веры», несмотря на тот факт, что Тертуллиан написал свою великую защиту троицы, будучи в то время членом еретического монтанизма, а Ипполит был мятежным пастырем, который отошел от римской области и боролся против законно избранного христианского епископа Рима, как делал и Тертуллиан. Бейснер также составил пространную апологию в защиту Оригена, особенно по поводу его учения о троице, даже при том, что Ориген был осужден кафолической церковью как еретик.
 
Давид Бернард отметил: «Ориген учил множеству странных доктрин, полученных из греческой философии и спекуляций, таких как предсуществование душ, апокатастасис, конечное спасение сатаны, и непрекращающееся творение».

Очевидно, для Баумана и Бейснера не имеет большого значения, во что в целом верили эти кафолические отцы: если они подтвердили доктрину троицы тем или иным способом, они пригодны быть судьями православности! И допустим, была не важна ошибка кафолических отцов в схеме современных тринитариев. Как отметил Бернард: «[Ярослав] Пеликан определил [Оригена] как самого первого разработчика тринитарной доктрины Логоса/Сына, наряду с Тертуллианом и Новацианом, следующими по важности».
 
А что известно о Новациане? Новациан (210-80 гг.), возможно фригиец рождением, был тринитарным пресвитером в Риме, который восстал против избрания тринитария Корнилия как епископа римского после того, как в 250 г. умер епископ Фабиан. Как сообщается, ок. 256 г. он написал сочинение О троице, когда был «антипапой» в Риме (251-58 гг.). Х. И. Карпентер говорит, что трактат Новациана О троице «гораздо больше соответствовал учению Тертуллиана и Ипполита, чем высказываниям современных римских епископов». Его работа была, прежде всего, попыткой опровергнуть модалистов (которые были в Риме). Новациан – лишь другой пример, как Иустин, Тертуллиан и Ипполит прежде него, «кафолических отцов», которых рассматривают как «создателей» доктрины троицы, и даже тех, кто во время своей жизни находились или вне церкви или в открытом восстании против церковного руководства. Это – печальный комментарий относительно исторических вероисповедных предпосылок тринитарных корней. Разве эта доктрина выжила бы в церковной истории, если бы не была избрана в качестве «православия» римской имперской государственной церковью? Грегори Бойд в своей полемике против христиан-единственников впал в ту же самую западню обращения к таким сомнительным вероисповедным предпосылкам. Он написал: «Каждый находит в таких фигурах, как Ориген, Тертуллиан, Ириней и Ипполит, ярко выраженный тринитаризм, что систематизировало всё об их вере».

Мы уже видели, что Ориген был осужден как настоящий «еретик», а Тертуллиан разработал свой тринитаризм как еретик-монтанист. Ириней столкнулся с римскими епископами в защиту монтанизма, а Ипполит был мятежным пастырем, борющимся против модализма правильно избранного христианского епископа Рима! Мы просто не можем принять таких людей как представителей истинного исторического учения апостольской церкви. Что смешно, так это то, что нынешние писатели, вроде Грегори Бойда, E. Кальвина Бейснера, и других, подобных им, были бы заклеймены как «еретики» Иринеем, Тертуллианом и Ипполитом, потому что эти современные провозвестники «православия», к примеру, не верят в водное крещение во оставление грехов.

Многие церкви в центрах Римской империи в III-м веке, которые были захвачены тринитарной доктриной Логоса, действительно изменили своё вероисповедание, чтобы объявить «невидимость» и «бесстрастность» Отца как отдельной от Сына личности. Доктрина троицы была очищена в III-м веке, но при этом полностью никогда не расторгла своих языческих и философских уз.

Августин (354-430 гг.), богослов, тень которого падает на всё протяжение Средневековья, был рожден в Тагасте в Нумидии (современный Алжир). Сначала он был язычником, хотя его мать была набожной кафоличкой. Он был обращен усилиями Амвросия Медиоланского в386 г.и стал кафолическим епископом Гиппона (современный Бон, Алжир). Джордж Е. Томас говорит, что нео-платонизм имел глубокое воздействие на Августина. Сам Августин признал, что он читал в книгах платоников, что Логос был Богом, и Томас отметил, что «несомненно [Августин] обращается к божественному Уму (Nous) Плотина». Плотин использовал платоническую триаду, которая «состоит из Единого, Ума (Nous), и Души».

Мартин Ларсон написал, что «Августин нашел своё окончательное доказательство троицы в языческой философии». Было бы трудно назвать кафолического отца, который бы некоторым образом не копировал свою модель Божества вслед за языческой моделью! И Ларсон приписывал платонические влияния также богословию Августина относительно Божества: «[Августин], подобно Оригену... базировал свою аргументацию на метафизике Платона, который заявлял, что человек трихотомичен, состоя из тела, разума и души. Используя это как отправную точку, Августин нашел это отражением тройственного единства Божества». Но хотя человек состоит из тела, души и духа (1Фесс.5:23), мы должны указать, что он – только один индивидуум или одна личность. Генри Хадвик написал об Августине: «Греческим мыслителем, труд которого наиболее глубоко проник в кровообращение [Августина], был Платон». Но потом Хадвик добавил: «Формой платоновской философии, которая в конечном счете захватила его ум, был... нео-платонизм». И когда мы думаем о «нео-платонизме», мы думаем о таких философах как Плотин (205-70 гг.) и Порфирий Тирский (250-305 гг.). Мы также упомянули Нумения и Климента.

Леви Пэйн написал, что августиновский трактат О троице «содержит некоторые из самых нелепых образцов богословской метафизики, которые где-либо могут быть найдены в целом диапазоне исторического богословия». Макс Фишер написал, что Августин, в своем Граде Божьем, назвал Платона «полубогом», и «до конца своих дней он оставался платоником».
 
Ко времени Августина, Средневековье стало принимать угрожающий вид. С помощью Римской империи кафолическое учение, включая тринитаризм, стало торжествующим на известной сцене тогдашнего мира. Никто не сомневается относительно древности доктрины троицы. Начало этому учению было положено еще в древнем языческом мире и преодолело тысячелетия, чтобы развиться, даже со своими христианскими атрибутами. Франц Кумонт констатировал, что нео-платоническая школа была «весьма обязана» халдеям (или вавилонянам) для своих идей. Триады (или троицы) существовали повсюду в древнем мире. Концепция троицы не берет своё начало в Библии. Тринитарный принцип «трех божественных личностей» присутствовал в различных триадах древних пантеонов Вавилона, Египта, Индии, и Греции. Использование идеи о посланном Боге, или «Логосе», не было великим подвигом для богословов, присоединивших основные концепции троицы к христианской вере.

Уильям Б. Хальфант

 

Обсудить на форуме: Происхождение доктрины троицы